<< на главную
<< назад

Мировое сообщество против глобализации преступности и терроризма

2 –я Московская Международная конференция "БИОТЕРРОРИЗМ: ФОРМЫ ПРОЯВЛЕНИЯ И МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ"
20 - 21 января 2004, г. Москва

Зуев Виктор Абрамович – вице-президент Российской академии естественных наук, член Нью-йоркской академии наук, вице-президент Международной академии наук о природе и обществе, руководитель отдела медицинской микробиологии НИИЭМ им. Н.Ф. Гамалеи РАМН, доктор медицинских наук

Как известно, понятие "биологический терроризм" (БТ) подразумевает использование биологического оружия (БО) в террористических целях. Сама идея БТ прочно опирается на факты применения БО в военных действиях, история которых, надо сказать, имеет достаточно глубокие корни. Не останавливаясь здесь на ставших уже хрестоматийными примерах, напомним, что в мире государственный интерес к БО все-таки не угас, особенно к возможности использования в качестве БО патогенных микроорганизмов и продуктов их жизнедеятельности.

Действительно, нельзя забывать, что окружающая нас природа - неисчерпаемый источник разнообразных микроорганизмов, в том числе и вызывающих различные заболевания человека, животных и растений. Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) считает инфекционные заболевания второй ведущей причиной смертности и первой причиной преждевременной смертности в мире. Согласно оценкам ВОЗ, ежегодно 2 млрд. людей болеют инфекционными заболеваниями, 17 млн. из которых умирают, ежедневно 50 тыс. смертей являются следствием инфекционных болезней и половина населения планеты находится под угрозой эндемических заболеваний.

И, тем не менее, еще несколько десятилетий тому назад возможность использования БО, как инструмента террористических актов, считалась практически невыполнимой в силу ряда, казалось бы, объективных причин: сложности технологии получения, хранения и применения; риска неконтролируемого распространения особо опасных инфекций на сопредельные страны и континенты; высокой вероятности общемирового осуждения и ответной консолидации антитеррористических сил и средств.

Однако в последние годы положение в этом направлении круто изменилось. Теперь несколько государств стали реальными обладателями ядерного оружия и средств его доставки, более полусотни стран имеют возможность производить химическое оружие и более сотни государств осуществляют сегодня научные и производственные программы, связанные с защитой от особоопасных инфекций (ООИ). Следовательно, именно БО и его компоненты на сегодняшний день являются наиболее доступными для террористов в различных странах.

Резкая активизация террористической деятельности в мире, особенно сопровождающаяся формированием террористических организаций, их широкое и регулярное финансирование и явная или скрытная поддержка некоторыми государствами - серьезно обосновывают высокую вероятность применения террористами инструментов БО различного происхождения. И сегодня, к сожалению, мы можем констатировать справедливость подобного утверждения: всем памятны случаи искусственного распространения по почте на территории США возбудителя сибирской язвы.

Последний пример, так же как и неоднократные угрозы со стороны террористических организаций, еще раз напоминают о необходимости совершенствования научных и организационных разработок, целью которых должны служить усовершенствование и повышение эффективности мер профилактики и противодействия актам БТ.

События последних лет свидетельствуют о том, что проблема БТ имеет первостепенное значение и для России. И именно поэтому специально созданная у нас в стране Федеральная антитеррористическая комиссия своим решением от 16 февраля 1999 г. приняла за основу разработанную Минздравом России "Концепцию деятельности федеральных органов власти, входящих в систему специально уполномоченных государственных органов Российской Федерации в области охраны окружающей среды и здоровья населения, при чрезвычайных ситуациях, вызванных террористическими акциями". Не останавливаясь на перечислении целого ряда важных документов и организационных мер, напомним лишь, что все эти "проводимые Минздравом России, совместно с заинтересованными министерствами и ведомствами мероприятия направлены на реализацию стратегии национального здравоохранения в области борьбы с инфекционными заболеваниями, которая в настоящее время должна быть ориентирована на приоритетное решение проблемы системного совершенствования противодействия биотерроризму". В этой связи рассмотрим ряд аспектов этой проблемы, представляющихся, на наш взгляд, весьма важными, еще раз подчеркнув, что в качестве инструментов БО вероятнее всего могут быть использованы возбудители ООИ бактериальной и вирусной природы.

Из бактериальных, для примера, обратим внимание на возбудителей холеры и чумы. Казалось, что применение этих агентов в качестве инструментов БО не может иметь больших перспектив, так как эти бактериальные инфекции быстро диагносцируются клинически и хорошо поддаются лечению антибиотиками. Однако недавно здесь появился еще один, достаточно неожиданный аспект проблемы.

В настоящее время доказано, что патогенные неспорообразующие бактерии адаптируются к изменениям режима окружающей среды (почв и водоемов) путем смены вегетативного и покоящегося состояния. Такие покоющиеся или, как их принято называть, некультивируемые формы бактерий, образующиеся в крайне неблагоприятных условиях существования, характеризуются морфологическими изменениями, низким уровнем метаболизма, утратой способности к размножению при полном или частичном сохранении патогенного потенциала.

Так, например, основные экологические факторы, вызывающие образование некультивируемых форм холерных вибрионов - это низкие температуры и дефицит питательных веществ, особенно характерные для водоемов умеренных широт в холодный период года. Напротив - прогревание воды в летний период резко повышает трофность водоемов, активизацию и рост численности гидробионтов, что создает условия для перехода покоящихся форм холерных вибрионов в вегетативное состояние и размножение. Другой пример - обнаружение некультивируемых форм чумного микроба в почве нор грызунов природного очага раскрывает механизм его сохранения в межэпизоотические периоды, одновременно объясняя трудности его бактериологического выявления.

Не меньшее внимание хотелось бы обратить на изучение ряда вирусных возбудителей ООИ, распространяющихся в том числе обязательно (!) и воздушно-капельным путем. Ниже мы расмотрим их особенности в двух аспектах.

Первый из них подразумевает использование в качестве БО вирусных агентов, известных в истории инфекционной патологии как возбудители многочисленных вспышек, эпидемий и даже пандемий, для предупреждения которых, однако, не проводиться регулярная вакцинация населения. Классическим примером этого может служить вирус натуральной оспы, опасность мирового распространения которой за последние годы многократно увеличилась в связи с "иммунологической разоруженностью" населения всего земного шара.

Напомним, что рекомендация Ассамблеи ВОЗ о прекращении обязательных прививок против оспы была принята в мае 1980 г. на основании Декларации ООН о ликвидации в мире натуральной оспы, подписанной в 1979 г., в том числе и представителями СССР. Отсюда понятно, что в мире с каждым годом увеличивается многомилионная прослойка людей, незащищенных от натуральной оспы, а та масса людей, которые много лет назад были привиты, тем не менее, чувствительны к вирусу, способному вызывать у них так называемый "вариолоид" - оспу привитых. Степень тяжести этой формы заболевания может быть весьма различной, и нередко с малым количеством кожных высыпаний, однако эпидемиологическая опасность вариолоида столь же велика, как и обычных случаев натуральной оспы.

Второй аспект рассматриваемой проблемы связан с возможностью использования в качестве БО вирусных агентов, вызывающих новые неизвестные ранее ООИ человека и животных. Здесь возможны два варианта, когда новые заболевания могут быть вызваны действительно (1) новыми, неизвестными ранее возбудителями, или известными ранее, но (2) изменившими свои свойства возбудителями, в частности, резко повысившими свою патогенность. Что касается первого варианта, то достаточно сказать, что за последние 37 лет открытия новых ООИ неизвестной ранее вирусной этиологии случились четырежды (табл.1).

Таблица 1. Новые особо опасные вирусные инфекции, выявленные с 1967 по 2004 гг.
N Наименование болезни Год описания Возбудитель болезни
1 Геморрагическая лихорадка Марбург 1967 Вирус Марбург
2 Геморрагическая лихорадка Ласса 1969 Вирус Ласса
3 Геморрагическая лихорадка Эбола 1976 Вирус Эбола
4 Синдром приобретенного иммунодефицита 1981 Вирус иммунодефицита человека
5 Тяжелый респираторный синдром (атипичная пневмония) 2003 Коронавирус

Три вируса (вирусы Ласса, Марбург и Эбола) вызывают тяжелейшие геморрагические лихорадки, при которых смертность колеблется от 50 до 85%, четвертый - вирус иммунодефицита человека - служит причиной СПИДа со смертностью в 100%.

Что касается второго варианта, т.е. когда заболевание может быть вызвано известным вирусом, в частности, резко повысившим свою патогенность, то свежим примером такого явления служит недавняя эпидемия так называемой атипичной пневмонии. При анализе подобных случаев всегда следует помнить о работе "лаборатории", которая трудится постоянно по 24 часа в сутки и название которой - Природа.

Именно в природных условиях происходит постоянный обмен возбудителями среди разнообразных представителей животного мира, в процесс которого очень часто включается и человек. В этом "круговороте" инфекционные агенты, во-первых, встречаются и поражают живые организмы с различной степенью чувствительности (устойчивости) и, во-вторых, - сами инфекционные агенты при этом способны обмениваться своим генетическим материалом, что в результате такой перекомбинации генов может приводить к формированию возбудителя с новыми свойствами, как это наиболее четко и давно наблюдают у вирусов гриппа. В результате обоих или одного из упомянутых процессов могут возникать клоны возбудителей, в том числе и с повышенной степенью патогенности. В качестве исторического примера полезно не забывать пандемию гриппа 1918-1920-х гг., унесшую 20 млн. жизней, а в качестве современного примера - последнюю эпидемию уже упомянутой выше атипичной пневмонии, при которой смертность колебалась от 7 до 14%. Недавно канадские генетики сообщили результаты своих исследований возбудителя этого заболевания и пришли к выводу, что он (вирус SARS) представляет собой комбинацию птичьих коронавирусов и вирусов млекопитающих.

Мы считаем, что одним из не менее вероятных условий появления в природе инфекционных агентов с повышенной степенью патогенности, по крайней мере для млекопитающих, может оказаться развитие инфекционного процесса в организме хозяев с выраженными признаками иммунодефицита. Естественно, такой высокопатогенный агент может в дальнейшем вызывать и нехарактерные (атипичные) формы собственно инфекционного процесса.

Высказанное мнение подтверждается и экспериментально. Так, в ГУ НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф. Гамалеи РАМН, в лаборатории микробиологии латентных инфекций более 10 лет назад среди прочих свойств мы испытывали степень патогенности у 10 изолятов вируса гриппа, выделенных из различных органов и крови млекопитающих с медленной гриппозной инфекцией, которая, как известно, может развиваться у потомства животных и человека в результате предварительного внутриутробного заражения плода от беременной матери. Такой смертельный инфекционный процесс развивается и протекает на фоне глубочайшего иммунодефицита в организме. При этом и патологические изменения при медленной форме инфекционного процесса резко отличаются от такового при острой форме инфекции. При медленной гриппозной инфекции, например, полностью отсутствуют признаки воспаления и патогистологические изменения в организме носят выраженный первично-дегенеративный характер.

Следует упомянуть и о возможности изменения уровня патогенности у возбудителей бактериальной природы, что может быть связано, например, с дрейфом протективных антигенов на фоне массовой вакцинации, как это недавно показано на примере роста заболеваемости коклюшем среди вакцинированных детей в разных странах мира.

После всех упомянутых выше примеров уместно отметить и некий психологический аспект проблемы БТ. Достаточно вспомнить ту весьма неоригинальную реакцию в некоторых СМИ на появление всякой новой инфекционной болезни, которая нередко рассматривается как результат рождения нового вируса в стенах спецлабораторий некоторых зарубежных стран. Этот мотив мы слышали неоднократно и после открытия возбудителей тяжелых геморрагических лихорадок, и после открытия вируса иммунодефицита человека, и совсем недавно в связи с эпидемией атипичной пневмонии в различных странах мира. Сразу же следует подчеркнуть, что подобные "литературные конструкции" вместо пользы приносят весьма ощутимый вред, ибо играют наруку террористам, одной из главных задач которых, как известно, и является посеять панику среди населения.

Касаясь методов противодействия актам БТ, успешной разработке которых, как известно, уделялось и уделяется большое внимание Министерством здравоохранения России, в особенности органами Госсанэпиднадзора, хотелось бы прежде всего высказать два пожелания организационного характера: Первое - чтобы в работе специальных подразделений шире внедрялось компьютерное моделирование процессов становления и развития эпидемий ООИ не только в зависимости от природы возбудителя, случаев первичного заболевания, численности населения, но и от формы инфекционного процесса; Второе - желательно создание специальной пресс-службы, задачи которой - обеспечение СМИ объективной и популярно доступной информацией об инструментах БО, его возможностях и способах борьбы с последствиями его применения.

В области научно-исследовательских работ было бы целесообразно шире развернуть проведение фундаментальных исследований условий и закономерностей изменений свойств возбудителей. Для этого черезвычайно важно, используя разнообразные способы заражения биологических объектов разной степени чувствительности (устойчивости), развернуть работы по моделированию различных форм инфекционного процесса именно как вероятных источников новых штаммов или штаммов возбудителей с новыми свойствами. Для повышения эффективности и ускорения подобных работ их следовало бы проводить не только в системах in vivo, но и в системах in vitro.

В заключение следует сказать несколько слов о проблеме натуральной оспы, представляющейся особенно актуальной, во-первых, в связи с уже упомянутой выше нашей "иммунологической разоруженностью", и, во-вторых, - в связи с существованием в отдельных регионах оспы обезьян. Последнее обстоятельство несет прямую угрозу человеку, как это подтвердилось еще раз совсем недавно в связи с возникшим заболеванием среди нескольких десятков жителей США, заразившихся вирусом оспы обезьян от завезенных в страну гамбийских крыс. Именно поэтому следует приветствовать продолжение исследований по конструированию оспенных вакцин, не вызывающих тяжелых осложнений, а также накопление, обновление и сохранение необходимого запаса оспенной вакцины для чрезвычайных ситуаций.

<< на главную
<< назад