<< на главную
<< назад

Грипп, коварный и мутирующий

Про грипп мы все знаем не понаслышке и всерьез его не воспринимаем, а он, между прочим, входит в третью категорию опасности потенциальных агентов ведения биологической войны. В Санкт-Петербурге работает целое учреждение, которое занято проблемой гриппа. Зачем оно понадобилось и почему так опасен грипп, рассказывает директор ГУ НИИ гриппа РАМН, член-корреспондент РАМН, доктор биологических наук, профессор Олег Иванович КИСЕЛЕВ.

— СОВЕТСКАЯ власть думала не только о мировом пожаре, но и об уничтожении инфекций. Эпидемиологи разработали концепцию поэтапной ликвидации инфекционных заболеваний и даже ее экспортировали. Работавший в нашем институте заведующий международным отделом В. Е. Вишняков, например, имел награду правительства Индии за ликвидацию оспы. В стране была создана самая мощная в мире санитарная служба, которая ликвидировала полиомиелит, массовый туберкулез, малярию, тиф, лейшманиоз.

А в 1957 году произошла чудовищная эпидемия южно-азиатского гриппа: предприятия и школы попросту опустели. И ЦК КПСС постановил, что вслед за оспой и полиомиелитом должен быть ликвидирован грипп. Для этого по стране организовали сеть эпидемиологических институтов. Мы занимаемся гриппом и острыми респираторными вирусными инфекциями. Это не случайно, ведь, даже когда нам всем ставят диагноз "грипп", некоторые на самом деле страдают от близких к гриппозному вирусов — риновирусной, аденовирусной инфекции и др. Они вызывают заболевания с похожими симптомами. Даже атипичную пневмонию сначала принимали за грипп, симптомы-то одинаковые (недомогание, головная боль, насморк, резь в глазах, высокая температура), и люди лечились от простуды, пока не оказывались в реанимации.

НИИ гриппа — компонент системы Госсанэпиднадзора. Главный санитарный врач контролирует шесть наших опорных баз по стране. Мы тесно связаны с Минздравом и готовим для него последние сводки по ситуации с гриппом, особенно когда речь идет об эпидемии. В сложных ситуациях готовим доклад главному санитарному врачу РФ. Мы — один из центров ВОЗ и входим в систему глобального наблюдения за гриппом. Два года назад мы не пошли в отпуска и готовили методические рекомендации по атипичной пневмонии для местных органов здравоохранения, чтобы практический врач на приеме мог быстро понять, что перед ним пациент с атипичной пневмонией, поскольку распознавание на первых стадиях очень тяжелое. Когда остро встала проблема бешенства коров, мы занимались прионами, которые его вызывают, и в итоге издали серьезную монографию, которая может стать справочным пособием, если инфекция появится на нашей территории.

— Институт решил задачу, ради которой создавался?

— Проблему гриппа институт не решил, и никто в мире этого не сделал. В науке вообще нельзя ставить так вопрос, потому что главный критерий оценки научной деятельности — это соответствие работы ученых мировому уровню, а вовсе не решение проблемы. Промежуточные результаты есть. В Китае нас знают как авторов первой в мире вакцины против азиатского гриппа. Практически все вакцины, которыми сегодня пользуется страна, созданы в стенах этого института. Через нас прошло порядка 40 противогриппных вакцин.

— Зачем так много?

— Есть разные варианты конструирования вакцины, и надо было понять, какая лучше. Надо, чтобы вакцина давала длительный устойчивый иммунитет, не содержала аллергенов и не оказывала побочных действий. Сегодня мы имеем четыре препарата с абсолютно разными механизмами действия. Живая гриппозная вакцина — это ослабленный вирус, создающий иммунитет, который держится не один, а несколько сезонов. Инактивированные вакцины (цельновирионная, субъединичные, расщепленные) содержат убитый вирус и проделывают "работу" с помощью антигенов. Вирус гриппа очень изменчив, поэтому, чтобы создать вакцину, актуальную в предстоящем сезоне, мы в феврале совместно с ВОЗ думаем, где какие штаммы ждать.

— Как можно это предсказать?

— Для этого существует глобальная система надзора за гриппом. Национальный центр каждой страны подчиняется специальному департаменту ВОЗ по наблюдению за гриппом. По всему земному шару специалисты берут у заболевших гриппом людей мазки из носа (изоляты), выделяют вирусы и исследуют первичную структуру их генов. На основании структуры генетического аппарата вирусов ученые строят эволюционное древо, по которому виден самый "продвинутый" вирус, то есть эволюционно самый последний. И специальная комиссия ВОЗ, которая собирается в феврале, принимает решение, из какого вируса делать вакцину. Несколько лет назад, например, в нее попал московский штамм.

Природа-террористка

— В ИНСТИТУТЕ гриппа лечат "профильное" заболевание или занимаются только научной работой?

— Мы лечим инфекции, которые сегодня преобладают (герпес, гепатиты В, С), и постгриппозный астенический синдром. Вирус гриппа так сильно поражает лимфатическую систему и подавляет иммунитет, что, даже переболев легкой формой, некоторые не могут прийти в себя полтора месяца. Осложненный грипп вызывает пневмонию, ее лечат в терапевтических отделениях. Но если подтверждается гриппозное происхождение, на отделение накладывается карантин. А сегодня инфекционные отделения ориентированы на лечение атипичной пневмонии: специальные боксы созданы в Москве и Санкт-Петербурге.

— Что значит ориентированы? Чем они отличаются от обычных боксов?

— В таких боксах соблюдается принцип полной изоляции больного. Палата отдельно обеспечивается кислородом. Для персонала, который автоматически попадает под постоянный карантин, организуются санпропускники, дезкамеры, сжигание или стерилизация костюмов и масок.

20 мая я посетил в Китае лабораторию, которая занимается вирусом атипичной пневмонии. 22-го я улетел, а 24-го получил электронное письмо из Китая, что лаборантка по недоразумению вынесла вирус за пределы лаборатории. И по личному распоряжению Главного санитарного врача России я 20 дней находился под карантином: принимал лекарства и раз в неделю отправлял справку о состоянии своего здоровья. При первых же неблагоприятных симптомах я был бы изолирован в такой бокс.

Многие журналисты подхватили идею, что атипичная пневмония — это "сбежавшее" бакоружие из Китая. Полное дилетантство! Человек не опаснее природы, она наиболее террористична. Эпидемии зарождаются в условиях перенаселенности, высокой плотности ведения сельского хозяйства и животноводства. Это идеальные условия для распространения грызунов, которые являются носителями большинства инфекций. Вирус атипичной пневмонии, вызвавший чудовищную вспышку, — не что иное, как рекомбинанта между мышьим и бычьим вирусом. Два вируса встретились в организме одного "хозяина" — и появился новый вирус с новыми свойствами. Источник особо опасных инфекций — это сама природа. Эпидемиологи всего мира утверждают, что если пандемия гриппа возникнет, то из птичьего гриппа. Уже появилась специальная программа по анализу состояния перелетных птиц, которые путешествуют, например, с Северного Ледовитого океана в страны Юго-Восточной Азии. В Хабаровске начали работу по выявлению вирусов, которые переносят эти птицы. Мы сейчас проводим испытания, чтобы понять, что является пусковым моментом для изменчивости вируса. Очевидно, что огромный перепад между нормальными температурами человека (36,6) и птицы (42,5) создает "резервуар" для мутации вирусов, изменения их генетических структур, и с этим связан переход вируса от птицы к домашним животным, а от них — к человеку. Это снова приводит нас к выводу, что сегодня население земного шара достигает критических цифр — более 6 млрд.

Еще пять лет назад я делал доклад "Вирусы как регуляторы численности населения". Китай — первая в мире страна, столкнувшаяся с последствиями перенаселения, но в масштабах планеты перенаселенность нам, похоже, не сильно грозит. Природа заботится о появлении вирусов, которые нас убивают. Это вовсе не фашистский тезис, он предусматривает ответственность правительств за здравоохранение и санитарное благополучие. Надо понимать, насколько важна инфекционная угроза. Все боятся сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний. Конечно, их надо лечить. Но нельзя недооценивать опасность инфекций. Сегодня уже известно, что иногда болезни сердца — последствия инфекционных заболеваний, что некоторые формы рака (шейки матки, желудка, саркома Капоши), сахарный диабет 1-го типа, рассеянный склероз вызываются вирусами. Но нет методов лечения, соответствующих пониманию инфекционного происхождения этих заболеваний.

— Если сахарный диабет, рассеянный склероз, рак имеют частично вирусное происхождение, значит, можно создать вакцину и защитить человечество от серьезнейших заболеваний?

— Такие вакцины уже созданы. Я имею в виду фундаментальные исследования, которые близки к практическому применению. Через пять лет за 1500–2000 долларов можно будет купить вакцину от сахарного диабета 1-го типа и рассеянного склероза и сделать прививку от этих заболеваний.

— А что слышно про противораковую вакцину?

— Ваш покорный слуга ею занимается. Практически вся западная онкология брошена на эти разработки, и порядка десяти вакцин сейчас уже проходят клинические испытания, причем весьма успешно. Вакцина направлена не на предотвращение заболевания, а на его лечение. Такие вакцины можно даже рассчитать на компьютере индивидуально для каждого пациента в соответствии с его генетическими свойствами. Это очень перспективное направление. В России в Институте молекулярной медицины ММА им. И. М. Сеченова под руководством академика М. А. Пальцева работают над вакциной против рака шейки матки на основе онкобелков вируса папилломы. Биотерапией занимаются в Санкт-Петербургском НИИ онкологии под руководством профессора Кайдо Хансона. Продолжает эти работы иммунолог Филатов из Института ядерной физики.

Разработка противораковой вакцины — это интеллектуальное занятие и очень дорогое удовольствие. Чтобы работать, нужны лаборатория, оборудованная на миллион долларов, и квалифицированные специалисты. Сегодня трудно найти подготовленных специалистов, потому что образование, которое получает нынешняя молодежь, очень странное, в вузах — вольница. Выпускники медицинских вузов очень слабо знают молекулярную биологию, медицинскую генетику, биохимию и молекулярную иммунологию, то есть базовые дисциплины для создания подобных вакцин.

Не так страшен грипп, как его последствия

— УЖЕ не первый год нас убеждают в необходимости вакцинации, тем не менее гриппом заболевают и привитые, а число осложнений и заболевших вследствие прививки никто не считает. Так зачем надо прививаться?

— Сомнений быть не может — прививку лучше всего сделать. Существует генетическая устойчивость к гриппозным инфекциям: некоторые люди никогда не болеют гриппом. Сколько таких счастливчиков, сказать трудно, потому что на генетические исследования в нашей стране денег нет. Но прививка очень важна, она делается для того, чтобы в организме выработались антитела к вирусу, которые блокируют его размножение и "работу". Вакцинация создает цитотоксический противовирусный и гуморальный иммунитеты, защищая человека от распространения вирусной инфекции по организму. Даже если человек заболевает, грипп протекает в более легкой форме. Меня часто спрашивают: "Я провакцинировался и заболел. Почему?" Но ведь надо понимать, что если человек сам себя не будет беречь, то и прививка не сработает. Никакая вакцинация не защитит от холодового и эмоционального стресса, которые приводят к простуде. Зато вы никогда не заболеете тяжело, с осложнениями!

Даже те вакцины, которые критикуются и не обеспечивают максимальной эффективности, предотвращают смертельные исходы. Вакцина хороша даже тогда, когда может защитить хотя бы частично хотя бы небольшую часть населения. Всегда появляется промежуточный препарат, который уже сегодня работает, а потом будет совершенствоваться. Так было с вакцинами от гриппа, так же будет и с вакциной от ВИЧ. Вирус иммуннодефицита человека вариабельный, но на территории России распространены определенные его подтипы, поэтому по крайней мере локальную вакцину того вируса, которым заражены, к сожалению, наши граждане, можно сделать.

Вы заметили, что в последние годы эпидемии вроде бы есть и вроде бы их нет? Наступление эпидемии объявляют, но не очень заметно, что много людей болеет. Почему так происходит? По данным эпидемиологов, гриппом болеют до 70% детей, причем тяжело. Целые классы закрывают, потому что здоровыми остаются 3–4 человека из 30–40 ребятишек. Но демографически процентное отношение детей и взрослых в России маленькое, население "старое" переболело уже всеми видами гриппа, поэтому если и переносит грипп, то не в очень тяжелой форме, с потерей трудоспособности на 2–3 дня. Вот и получается, что взрослое население во время эпидемии почти не болеет, зато дети — почти все. Грипп, особенно в предпандемический период, превратился в "детскую" инфекцию, потому что у ребятишек еще малый инфекционный анамнез, они еще не выработали устойчивость ко многим вирусам. А повальная заболеваемость возникает, когда человек сталкивается с вирусом, имеющим принципиально новую генную структуру.

— Ближайшая опасность — это птичий грипп?

— Да. Так думают все вирусологи и эксперты ВОЗ. Признаки, которые несут птичьи вирусы, заставляют нас жить в ожидании появления очень опасного варианта птичьего гриппа, адаптированного к человеку.

— Сейчас очень много говорят о грозящей миру пандемии гриппа. Чем врачи смогут ее встретить? Ведь когда приходит неведомый прежде вирус, вакцина еще не готова.

— Думаю, с гриппом этого не произойдет. Благодаря глобальной системе надзора мы будем готовы и когда увидим лидирующие вирусы, представляющие опасность развития пандемии, то сделаем вакцину за три месяца. Эпидемия не начнется. Сегодня мы можем по химической формуле вируса сказать, опасен он для нас или нет, представляет ли он пандемическую угрозу. Как раз поэтому повышено внимание к куриному гриппу. Кроме того, существуют быстрые лабораторные тесты: если мышек заразили и они все быстро умерли, можно сделать выводы об опасности вируса.

— В институте создан музей вирусов. Что это такое?

— Музей вирусов — это закрытая комната с контейнерами, заполненными жидким азотом, где в температуре минус 186C хранятся образцы вирусов. Каждый вирус имеет маркировку, занесен в журнал и время от времени бесплатно выдается для научной работы. Существуют вирусы особой патогенности, музей помогает их изучать. Доступ в музей имеют только два человека, у меня его нет. Я только подписываю разрешение, которое заказывают желающие поработать с вирусами из нашей коллекции. После того как на вирус поступает заказ, наши сотрудники его достают из коллекции, "оживляют" и "разгоняют" в клеточной культуре.

— Насколько это безопасно?

— Сегодня даже в Кремле можно иметь музей вирусов сделанный соответствующим образом, и быть уверенным в том, что ничего не произойдет. Технически это несложно.

Атипичная тревога

— ПОЧЕМУ атипичная пневмония вызвала такую панику, если число ее жертв во всем мире было чуть больше тысячи?

— Меня часто спрашивают, почему столько шума наделали. Но, во-первых, это шумели журналисты, а не врачи, а во-вторых, весь кошмар заключался в том, что врачи заражались и умирали. Ни один из журналистов не удосужился залезть в Интернет и прочитать биографию Карло Урбани, который погиб первым из врачей ВОЗ. При любой вспышке ужас появляется, когда начинают умирать врачи и медицинские сестры. Это значит, что некому помочь, лекарств нет, врачи не владеют ситуацией. Вирусологи, инфекционисты — это люди, которые первыми стоят у постели больного, еще не зная, чем болен пациент, но они лечат его, рискуя собственной жизнью.

Кощунственно говорить, что от атипичной пневмонии погибло немного людей. Когда эпидемиолог видит смертность, он просчитывает несколько вариантов развития: благополучный (инфекция изолирована в одном очаге), не очень (инфекция получила распространение, появилось несколько очагов) и плохой (инфекция вышла из-под контроля). Невысокая смертность от атипичной пневмонии говорит не о том, что опасность была небольшой, а о мужестве и заслугах медиков, которые самоотверженно работали. Иначе смертность шла бы на десятки тысяч. Если бы умные головы вовремя не разгадали, что это за вирус и как он передается, смертность была бы миллионной.

— Кому-нибудь удалось создать вакцину от атипичной пневмонии?

— В Китае вакцину уже сделали. Наши ученые из Государственного научного центра вирусологии и биотехнологии "Вектор" в Новосибирске подготовили все необходимое для создания очень хорошей вакцины, но на дальнейшую работу у них нет денег. Эти гениальные ученые получают зарплату менее тысячи рублей в месяц, а ведь у них семьи, детей надо кормить. Когда я это узнал, то предложил превратить их центр в филиал нашего института, чтобы иметь возможность давать им деньги, но это очень сложно административно: требуется провести реструктуризацию института. До революции министр финансов С. Ю. Витте и принц А. П. Ольденбургский, создавший институт экспериментальной медицины, лично отвечали за чумную комиссию и могли сами решать финансовые вопросы. Так в 1898 году в России появилась противочумная станция, между прочим, первая в мире. Я не видел, чтобы у нас в какую-то медицинскую комиссию входил министр финансов Кудрин.

— Может ли понадобиться вакцинация от атипичной пневмонии в России?

— Нам очень нужна эта вакцина, в первую очередь на Дальнем Востоке — для пограничников, таможенных и медицинских работников.

— Вирус гриппа — "родственник" различных ОРВИ. Чем же он опасней, что его боятся гораздо больше, чем простуд?

— Главная опасность гриппа, благодаря которой он попал в перечень инфекционных агентов биотерроризма, — это высокая контагиозность: он очень хорошо распространяется. Достаточно побыть с зараженным в замкнутом помещении, чтобы проконтактировать с вирусом, а еще учтите и контактный путь передачи (рукопожатие, ручки, полотенца, общие носовые платки). Вторая опасность вируса гриппа — в сильном неблагоприятном воздействии на иммунитет. Сам вирус, может, и не "добьет" человека, но из-за ослабленного иммунитета у него может развиться вторичное бактериальное осложнение (пневмония, энцефалит, пиелонефрит и т. д.).

Классическое течение гриппа — это пять — семь дней, но при грамотном лечении можно сократить его до трех. Однажды я очень тяжело заболел в Москве. Вернулся домой в среду днем в полубессознательном состоянии, в четверг пролежал пластом, принимая сверхдозы лекарств, в пятницу, обмотавшись полотенцем, чтобы никого не заразить, ехал в поезде Москва — Санкт-Петербург. Утром я шел по стенке никакой, дома проспал до двух часов дня и здоровый уехал на дачу. Мне удалось выздороветь за три дня интенсивного лечения противовирусными препаратами. За три дня грипп и надо лечить, потому что отложенное лечение, безусловно, приводит к осложнениям.

Нас замучили вульгарной рекламой, которая не имеет никакого отношения к гриппу. Безмозглую рекламу выпускают и отечественные, и зарубежные производители. Суммарный рынок противопростудных препаратов в России — минимум 200 миллионов долларов в год. Цена многим из них — грош. Каждый год в начале и в конце эпидемии я делаю контрольный рейд по аптекам и прошу собрать все, что у них есть от простуды. Аптекарь добросовестно собирает мне таблетки, сиропы, спреи и т. д. И чего там только нет! Что только не выдают за лекарства от гриппа! Хотя от реальной практики лечения все это очень далеко.

Некоторые ролики недоговаривают правду. Рекламируют, например, иммунал. Хороший препарат, но он годится для профилактики гриппа, а при лечении бесполезен. Тем не менее его преподносят как средство от гриппа вообще, и люди, заболев, напрасно пьют лекарство, которое не поможет им выздороветь. Читайте показания и противопоказания к применению любого препарата!

Большой вред наносит массированная реклама, создающая образ лекарств, которые надо пить тоннами. Например, колдрекс — это препарат ограниченного применения. Он быстро снимает температуру, головную боль, насморк. Подобные препараты для экстренного и кратковременного приведения в "божеский вид" больного простуженного человека сейчас очень популярны: принял таблетку, провел важную встречу и отправился дальше болеть. Это, конечно, очень ценно и удобно, но ведь нельзя принимать их системно целую неделю. Лечение гриппа в первую очередь должно включать противовирусные препараты, а не эти вот "болтушки". Грипп силен первые 10–12 часов. Если начать борьбу с ним в это время, можно выздороветь быстро и уберечься от осложнений. Выбор противовирусных препаратов (ремантадин, арбидол, альгирем для детей) не очень широк, но они эффективны и надо их применять, причем делать вовремя. Не надо геройства, не выходите на работу больным! Чем быстрее вы обратитесь к врачу, чем больше вы уделите внимания системному лечению и покою, тем быстрее выберетесь из болезни без последствий.

АиФ, 28 октября 2004 г., Ольга ДЮБАНКОВА

<< на главную
<< назад